14 сентября 2018
Лица

Дизайнер + дизайнер: Александр Лиханов глазами Евгения Махнева

Впервые в нашей практике дизайнер интервьюирует дизайнера.


Евгений Махнев, дизайнер

Евгений: Александр, тебя всегда воспринимали как одного из самых ярких дизайнеров студии Bon Ton. Теперь ты самостоятельная единица — студия Only. Мне кажется, ты очень мотивирующий человек. И в нашем разговоре мне хотелось бы показать твоим потенциальным клиентам, что дизайнер — это продукт, который вызревает в процессе разных жизненных ситуаций. Но пока не о прошлом, а о настоящем. Ты сейчас работаешь над домом в Испании. А это мечта каждого местного дизайнера — проект за границей. Расскажи, пожалуйста, что это за дом.
Александр: Сейчас мы в процессе общения с заказчиком в Краснодаре, он русский. У него земля в городке Росас — это на побережье в двух часах езды на машине от Барселоны в сторону Франции. Красивое место на склоне горы с видом на бухту.

Евгений: Это будет средиземноморский стиль?
Александр: Это будет белая вилла открытой планировки с большим количеством террас. Волей-неволей так получается, потому что само строение спускается по горе. А по стилистике никаких балясин и колонн пока не предвидится.

Евгений: С кем взаимодействуешь за границей по техническим моментам?
Александр: Уже получил первоначальный план участка в кадастровой палате. Теперь ищу местного архитектора, который поможет пройти все стадии надзора, чтобы разрешили строительство. В Испании свои регламенты по застройке: высотный, стилистический. Здание-то стоит на горе, и, грубо говоря, ярко-красный дом возвести никто не разрешит.



Евгений: Ты будешь туда ездить или работать на удалении?
Александр: Я подготовлю проект здесь. Когда заказчику всё понравится, поеду на пару недель в Испанию поработать с архитектором, а реализацией он будет, скорее всего, заниматься без меня.

Евгений: Когда ты получил этот проект, ты для себя осознал, что это как «Оскар»? Или подумал: «Ну, ещё одна работа, в Испании так в Испании»?
Александр: (Смеётся.) Конечно, это круто. Но для этого клиента я уже делал объект в крае, и он мне давал «затравочку», что у него земля в Испании. И потом, «Оскар» же дают за какие-то заслуги, а здесь просто сложились обстоятельства.

Евгений: Ты архитектор по образованию?
Александр: Нет.

Евгений: Но взялся проектировать архитектуру. Это смело. Но я так понимаю, ты потомственный дизайнер? У тебя же отец архитектор, правда?
Александр: Да, но он архитектор промышленного гражданского строительства.


Александр Лиханов, дизайнер

Евгений: То есть плюсик. Ещё и жена дизайнер. И ребёнок-дизайнер подрастает (Смеётся). Кто-то, помимо тебя, в проектировании испанского дома участвовал?
Александр: Нет, над ним работаю я один. На стадии концепции важны только мои мысли. И если об отце, он же в Краснодаре ничего не строит. Когда мы жили в Челябинске, он занимался очень сложным строительством, до которого я никогда не дорасту.

Евгений: Например?
Александр: Подземных резервуаров для перевалки нефти или для производства икры. То, что я дизайнер, — стопроцентная заслуга отца. Он отвёл меня в «художку» ещё до школы. И в Челябинске это было что-то вроде дворца пионеров. Там были и совсем дети, и студенты, и взрослые художники. И волей-неволей смотришь, а они там Антиноя рисуют. Когда я его рисовал в университете, вспоминал, что видел этого дядю совсем маленьким.



Евгений: Это круто. Какое у тебя в итоге образование?
Александр: В 2010-м закончил Художественно-промышленную академию по специальности «Дизайн среды».

Евгений: Слушай, у тебя же есть брат-близнец. Почему он не стал дизайнером с вашим-то папой?
Александр: У нас были разные интересы. Он программист.

Евгений: Забавно, что по чисто техническим моментам Денис Мурый (один из совладельцев Bon Ton. — Прим. ред.) ссылается на тебя. Значит, ты тоже разбираешься в компьютерах?
Александр: Да.

Евгений: А ведь был же такой промежуток времени, когда тебе приходилось работать в общепите, и почему-то ты был добрый близнец, а твой брат злой?
Александр: (Смеётся.) Да, это был 2004-й. Я работал в «СБС». Тогда ещё не было «Макдональдса», это был «Макси Бургер». Сейчас на том месте пиццерия Bikini. Мы лепили бургеры недалеко от кинокасс на втором этаже. И когда люди выходили в 2 часа ночи из кинотеатра, им хотелось есть. А у нас касса уже закрыта — но я продавал, а мой брат нет. Он был злой и говорил: «Всё закрыто, идите отсюда», а я: «Мы тут себе пиццу приготовили. Давайте я вам её продам».

Евгений: Эта работа наверняка повлияла на твоё будущее, понимаешь?
Александр: Может, я просто больше деньги любил (Смеётся)? На самом деле, ты прав: там тоже «торговля лицом». Обычно в бургерной полгода отрабатывают на кухне. Чтобы после этого, стоя на кассе, ты даже ночью ответил, из чего состоит тот или иной бургер. А так случилось, что на кассе тогда уже 3 месяца работал мой брат и ещё два светленьких мальчика. И меня быстро с кухни поставили работать с деньгами. Там была такая «фишка» — три блондина на кассе. И когда нас спрашивали, как нас отбирают, мы говорили, что светлые волосы в еде незаметны (Смеётся).



Евгений: Твои заказчики до сих пор ведутся на твои голубые глаза (Смеётся). После института ты же сразу начал практиковать?
Александр: Я работал с 18:00 до 3 ночи, потом спал, а утром — в университет. И я задумался о том, что лучше найти работу в дизайне. Когда шёл на первую работу, примерно представлял, как открыть 3D Max, выстроить что-то там по точкам. Мне повезло: сидел в офисе позади четырёх хороших визуализаторов и быстренько «списывал» у них настройки — так за неделю научился.

Евгений: Когда ты понял, что ты дизайнер?
Александр: Когда визитки сделали (Смеётся). Если серьёзно, то не помню.

Евгений: Как долго ты работал в Bon Ton?
Александр: 9 лет.

Евгений: Ты с кем-то из них сейчас общаешься?
Александр: Да, недавно был в гостях у Дениса и Ксюши (Ступко — совладелец Bon Ton и супруга Дениса. — Прим. ред.).

Евгений: Насколько я могу наблюдать со стороны, ваше общение с Денисом — абсолютно партнёрское, даже дружеское.
Александр: Слушай, конечно, им обидно, что люди, отучившись у них и проработав, ушли. Но Денис это давно воспринимает как процесс. Для Ксюши это болезненно: она ко всем относится с материнскими чувствами. Денису я быстро сказал, что увольняюсь, а Ксюше долго не мог. Она меня уже сама перед собой посадила и сказала: «Ну говори».



Евгений: Для неё это был двойной удар: ушёл не только ты, но и Элеонора Полупанова.
Александр: Это случайно совпало.

Евгений: Когда ты понял, что в рамках Bon Ton ты уже развиваться не можешь, и нужно уходить в свой бизнес?
Александр: Рецепт мне подсказала Ксюша, хотя она сама об этом не знает. Когда у тебя больше проектов на стороне, чем в студии — это повод уйти.

Евгений: Тебе разрешали делать проекты на стороне?
Александр: Заказчики ставили в ситуацию, которая, мне кажется, бывает у многих. Типа «Саша, мы хотим работать с тобой, а не с Bon Ton». Конечно, Ксюша с Денисом такое в студии не поддерживали. Это неправильно: сидеть на рабочем месте и делать проекты на стороне. И когда их становится много, Денис с Ксюшей это чувствуют: ты загоняешься, времени становится мало.



Евгений: Сколько проектов в год ты в среднем делал для Bon Ton?
Александр: Первые 5 лет вёл параллельно 2 проекта. За год мог сделать 3-4. Уже в конце делал дом в Азовской, офис «Дарстроя» и ещё какую-нибудь архитектуру единиц 5, гостиницу, клинику «Три-З» — всего 7 объектов.

Евгений: Что самое сложное при открытии собственного бизнеса?
Александр: Для меня самое сложное — делегировать обязанности. Я ребятам говорю, что делать, а потом прихожу и много переделываю. У меня такой подход: плохой для бизнеса, но хороший для заказчика.

Евгений: Ты зарабатываешь в среднем больше 300 тысяч в месяц?
Александр: (Смеётся) Меньше.

Евгений: 200 тысяч?
Александр: Примерно в этой границе. Я много трачу. На жену (Смеётся).



Евгений: Хочешь ли ты вырасти во второй Bon Ton?
Александр: Это невозможно, и я этого не хочу. Зачем мне большая студия? Вот у лауреата Притцкеровской премии Петера Цумптора в студии 24 сотрудника, и это не мешает ему делать проекты мирового уровня. Мне бы хотелось собрать вокруг себя такую команду, чтобы я рос вместе с ней. Я не могу быть Ксюшей и Денисом: Денис — завхоз, руководит студией, а Ксюша делает крутые проекты. Так вот я не хочу руководить, я хочу делать крутые проекты.



Это интересно

Видеоканал IN home
Карта IN home Professional для дизайнеров